Влияние форм брака на отбор

Март 1, 2015 / Комментарии 0

Вопрос, каким образом отдельные формы брака влияют на отбор, способствует ли одна форма многодетности, а другая наоборот, способствует одна из этих форм более, чем другая улучшению данной группы людей, умножению в ней ценных наследственных задатков, а другая скорее приводит к вырождению, к умножению задатков неполноценности, — такие вопросы до сих пор ишь редко ставили, а ответить на них до сих пор невозможно. Есть старая работа Лаша «О тенденциях к размножению у первобытных народов и о противодействующих им факторах», но она почти ничего не дает для ответа на перечисленные вопросы. Карр-Сондерс проанализировал демографические процессы у всех народов Земли, в том числе и первобытных, но он занимался только численностью, а не качествами. В противовес этому следует отметить работу Г. Димана «К вопросу о демографии цветных рас».

Сначала несколько слов о безбрачии. Я уже говорил, ссылаясь на Ф. Саразина, что безбрачная жизнь повсюду презирается. Штейнмец показал, что среди первобытных народов лишь немногие группы практикуют безбрачие. Пример — дравидские племена Индии, но они скорее подражают индусам, у которых определенные касты священнослужителей остаются безбрачными. Безбрачные группы священников известны в брахманизме, буддизме и христианстве. Они включают в себя очень большое число людей с наследственными способностями выше средних, но их задатки из-за безбрачия остаются без пользы для их народов. Первобытные народы этим вопросом не задаются. У них такие группы малочисленны, и их бездетность не влияет на наследственные качества их племени и на отбор.

Приведенные работы дают кое-какое представление о демографических процессах неевропейских народов. Ho содержат лишь отдельные высказывания об их численности, но не об их качествах и изменениях этих качеств. Поэтому, за отсутствием исследований, я ограничусь лишь общими выводами.

Многомужество

Многомужество, несомненно, самая неблагоприятная форма брака. Мужчина, который мог бы оплодотворить много женщин, расходует этот избыток в браке с одной женщиной, которую делит с другими мужчинами, менее эффективно, чем в моногамном браке. Женщина за определенный период времени родит от многих мужей не больше детей, чем от одного. Таким образом, многомужество не способствует сохранению и размножению народа и, как я покажу ниже, не является средством улучшения его наследственных качеств. Поскольку смена семей при многомужестве происходит лишь медленно и трудней восполнять потери вследствие болезней, войн и бесплодия многих женщин, многомужество несет с собой опасность вымирания племени. Эта форма брака препятствует его сохранению, поэтому редко встречается. Племена с такой формой брака вымирают.

He способствует многомужество и повышению качества наследственных задатков, так как 1) необходим отбор среди женщин, что при недостатке женщин невозможно и 2) женщина не может выбрать среди своих мужей человека с наиболее ценной наследственностью как отца своих детей.

Групповой брак

О числе детей в групповых браках австралийских племен Спенсер и Гиллен сообщают: число детей в семье редко больше четырех-пяти, обычно их меньше, два-три. Новорожденных постоянно убивают, потому что матери, которые очень долго кормят детей, не хотят иметь одновременно двух сосунков, не хотят таскать пир переселениях племени одновременно двух беспомощных маленьких детей. Имея двух-трех детей от одного группового брака племя быстро вымрет; даже пяти детей для его сохранения, пожалуй, недостаточно. О числе детей у южноиндийского пастушеского племени тода кое-что сообщает Риверс. Около середины XIX века число детей было недостаточным для сохранения племени, настолько низким, что численность племени медленно сокращалась. Сегодня (в 1906 г.) похоже начался небольшой прирост. При анализе среднего числа детей у живущих в групповых браках тода следует различать три группы: среднее число детей у тода, не подверженных европейским влияниям, 3,59, что может дать небольшой прирост; у тода, слегка затронутых европейскими влияниями, 3,04 — это означает медленное сокращение, а у тода, на которых сильно повлияли европейцы — всего 2,6, это уже быстрое сокращение. К числу европейских влияний относится распространение сифилиса, который вызывает бесплодие. Раньше у тода был обычай убийства новорожденных девочек; британская администрация его запретила. При сохранении группового брака тода, вероятно, вымрут.

Многоженство

Многоженство, которое должно было бы исключать мужчин меньшей наследственной ценности из процесса брачного размножения и иногда оказывает такое воздействие, в действительности не способствует отбору ни с мужской, ни с женской стороны. У скотоводов и земледельцев, стоящих на более высоком уровне, как и у многих племен, стоящих на низком уровне, многоженство во многих случаях оказывает скорее негативное влияние, так как мужчины часто зачинают детей с рабынями, купленными представительницами низших племен. Таким образом все больше увеличивалась негритянская примесь у многих бедуинских племен Аравии и у арабоязычных племен Северной Африки. Лапуж тоже отметил, что в Аравии исчезла бывшая расовая чистота бедуинских племен, потому что там в гаремах было много негритянок. Таким же образом через домашних рабынь и наложниц негритянская примесь проникла и в еврейский народ, и негритянские черты постоянно встречаются и у современных евреев.

Негативно влияет многоженство и когда оно вызвано желанием бедных мужчин заполучить женскую рабочую силу. Происходит неблагоприятный отбор. Хотя нельзя считать каждого бедняка наследственно неполноценным, бедняки во всех народах это одновременно люди, имеющие, в среднем, меньшую наследственную ценность. Как правило, особенно среди крестьян и кочевников, к бедным сословиям относятся те люди, которые родились в этих сословиях по причине наследственных дефектов их родителей и остаются в этих сословиях по причине собственных наследственных дефектов. Это правило действительно и при анализе средней наследственной ценности отдельных сословий, т.е. как правило с исключениями, и для народов высокой культуры, особенно для докапиталистических эпох в жизни этих народов, т.е. для эпох, когда — как и всегда в сельских условиях — сила домашнего хозяйства семьи, как правило, указывала на ее наследственные способности. В общем и целом сословия основываются на наследственных задатках составляющих их семей, а возвышение семей — на способностях выше средних. Там, где бедняки, которые не могут держать рабов, заводят много жен, там многоженство влияет негативно и тем сильней, чем меньше наследственная ценность женщин, готовых на брак с такими бедняками.

Когда в народе богатые имеют больше жен, чем бедные, если только нет необычного избытка женщин, так что бедные имеют лишь одну жену или вообще ни одной, следует задать вопрос, какие человеческие качества и какие внешние обстоятельства вообще способствовали возвышению людей при данной культуре и в данную эпоху. Если благосостояние семьи достигается благодаря талантам и правильному выбору супруг из поколения в поколенье, той многоженство может оказать позитивное влияние. Одновременно оно приводит к истреблению неполноценных задатков тех семей, которые из-за плохой наследственности или неправильного выбора супруг остались или стали бедными и мужчины которых остаются холостыми или довольствуются одной женой. У ряда эскимосских племен много жен разрешено иметь лишь тому мужчине, который может прокормить многочисленную семью, а в разных частях света есть племена, которые разрешают многоженство особенно отличившимся мужчинам, например, тому, кто убил в бою много врагов. Многоженство оказывает положительное влияние у воинственного, героического народа, когда самый храбрый получает в награду больше всего жен, особенно если этот народ любит сражаться врукопашную: тогда, как правило, в большом количестве погибают более слабые, чем более сильные, искусные, решительные и храбрые. У таких воинственных народов, как в древние времена, так и на средней этапе развития культуры как правило наблюдается значительный избыток женщин, что делает возможным многоженство. К тому же дочери талантливых семей руководствуются идеалом властелина, героя и отвергают неспособных, невоинственных женихов. Обычно, только не в условиях матриархата и не при избытке женщин, мужчина сватается к женщине, но выбирает жениха всегда женщина. При этом сознательно или бессознательно происходит отбор с обеих сторон.

В противоположность таким условиям, которые описаны здесь скорее как возможность, многоженство именно среди тех народов, у которых оно наиболее распространено, влияет скорее негативно, чем позитивно. Когда образуется средний класс, женщины этого класса более претенциозны, чем женщины низших сословий. Вследствие этого многие мужчины среднего класса имеют лишь одну жену или, во всяком случае, меньше жен, чем, с одной стороны, многие непритязательные бедняки, которые находят соответствующих жен, и с другой — богачи, которые могут иметь много претенциозных жен. Во времена распада, когда в высшие слои проникают семьи богатых выскочек, богатство которых иного происхождения, нежели богатство землевладельческой или скотоводческой военной знати, многие мужчины такого смешанного высшего слоя, отошедшие от аристократических традиций, выбирают жен исключительно по признаку их сексуальной привлекательности, жаждая нового. Следствие этого — снижение качества высшего слоя, а потом и всего подражающего ему народа, у которого преобладает многоженство. Так, вероятно, происходила деградация родов исламских вождей в эпоху халифов, после того как эти роды поселились в городах и смешались там с семьями богачей. Во всех подобных случаях одну жену выбирали бы более тщательно, чем нескольких.

Когда в полигамном народе мужчина и женщина испытывают друг к другу более глубокие чувства, эти чувства могут стать столь исключительными, что эта пара может жить в моногамном браке, если обычаи это дозволяют. Ho люди с такими наклонностями к моногамии проигрывают в своем народе соревнование по числу детей. Это значит, что в полигамных народах задатков, определяющих тенденцию к моногамии, будет все меньше или они совсем исчезнут, а все больше будет более грубых людей. Вероятно, вместе с людьми с задатками к моногамии исчезнут и другие задатки этих людей, которые могли бы способствовать повышению культуры данного народа. Так что у многих племен многоженство способствует скорее увеличению количества, чем повышению качества.

Ho часто подвергается сомнению, что полигамные группы более многодетны, чем моногамные. Ж. Шарден в начале XVIII века отметил, что в полигамных семьях персов меньше детей, чем в моногамных семьях французов. Лапуж, который указал на отрицательное влияние исламской полигамии, обратил внимание на то, что в исламских гаремах живет много женщин, которые никогда не беременели и которых, возможно, никогда не трогали. Большое число жен повышает престиж богатого мужчины. Многоженство может превратиться в предмет роскоши с неблагоприятным влиянием на рождаемость. Даже если считать сильно преувеличенными данные Ветхого Завета, будто царь Соломон имел 700 жен и 300 наложниц и предположить гораздо меньшую цифру, сомнительно, что жены Соломона родили и воспитали более чем по одному ребенку. Сын Соломона Ровоам имел от 18 жен и 60 наложниц, итого от 78 женщин, всего 28 сыновей и 60 дочерей, итого 88 детей (II книга Наралипоменон, 11, 21). Если верить этим цифрам, то такая полигамия вряд ли дает больше детей, чем достаточно для замены жен. Такая полигамия опять-таки оказывается неблагоприятной формой брака, особенно если при выборе жен обращать внимание на хорошее происхождение, способности и красоту.

Джон Роскоу говорит о большом числе детей у племени баганда, живущего в Уганде, между озерами. Это полигамное племя, один мужчина имеет по две-три жены, являющихся сестрами. Одна жена рожает во многих случаях 10-12 детей, даже в тех семьях, где у главы семьи 40 жен. Отдельные мужчины имеют около 400 детей. Мужчина, у которого 100 детей, еще не считается многодетным. Таким образом, в данном случае многоженство приводит к усиленному размножению. То же самое наблюдается у басабаи, хамитизированного племени банту, полукочевников, полуземледельцев, живущего на северном склоне горы Эльгон, — о нем тоже сообщает Роскау. У этого племени большинство мужчин имеет двух жен, но некоторые — лишь одну. Во многих браках родилось 10 детей, в некоторых — 15, но лишь немногие из этих детей дожили до зрелого возраста, многие умерли в детстве. Большая детская смертность у многих первобытных народов затрудняет изучение демографических процессов.

Повышение средней наследственной ценности вызывает многоженство, у негров Того, где самый способный мужчина имеет много жен и много детей от них. Многоженству у этих племен способствует и то, что женщины кормят своих детей грудью вплоть до третьего года жизни и на протяжении этого времени половые отношения запрещены. Кюльи, который описал эти племена, считал поэтому моногамию самой неблагоприятной для негров Того формой брака. Э. Тордей и Т.А, Джойс нашли у мбала, племени банту, живущего в Центральной Африке между реками Инзия и Квилу, многоженство при среднем количестве детей в семье 34. Тоже сравнительно мало детей, по данным этих же авторов, у другого племени банту, яка, живущего в округе Каси в Конго: у них сосуществуют безбрачие или моногамия бедняков и полигамия богатых. Мужчина имеет тем больше жен, чем он богаче. При полигамии на одну женщину приходится обычно по три ребенка, лишь в редких случаях более четырех. Здесь тоже мужчина должен избегать жену во время беременности и кормления, которое длится около года.

Об очень малом числе детей в полигамной семье сообщает А. Жюно: в одном из племен тсонга в Трасваале он видел мужчину 56 лет, у которого было 30 жен, в том числе несколько молодых девушек, на которых он женился ради повышения престижа. От этих 30 жен у него был один ребенок. При такой ситуации, заключает Жюно, полигамия привете к вымиранию семей. Г. Циман сообщает, что у полигамных племен, живущих в Моджиджо (Танганьика), на одну семью редко приходится более двух детей. Циман предлагал отменить многоженство для увеличения числа детей и предотвращения вымирания. Д.Вестерман тоже называет многоженство одной из причин вымирания африканских племен. Прежде всего, оно угрожает племенам, принявшим ислам, но и полигамным племенам, не исповедующим эту веру. Циман приводит пример султана Банума (Камерун), который, как богатый властелин, имел 300 жен, но всего 136 детей от них. У многих полигамных племен очень высокая смертность грудных младенцев связана с отсутствием здравоохранения. Эта высокая смертность и другие причины затрудняют изучение отношений между формой брака, с одной стороны, и численностью и качеством потомства, с другой. Прежде всего оно затруднено отсутствием надежных переписей в большинстве регионов вне организованных государств Европы, Америки и Азии. Обычаи абортов и убийства детей также затрудняют изучение демографических процессов у многих народов. У многих австралийских племен женщины рожают до 12 детей, в среднем пятерых, но вырастить им удается только двоих из-за отсутствия пропитания. Здесь скудость природы влияет гораздо сильней, чем форма брака, многоженство или групповой брак. Питт-Риверс предполагал, что в полигамных группах рождается больше детей, чем в моногамных группах того же народа при том же уровне культуры и в одинаковой природной среде. Он приводит в качестве примера индейское племя навахо в Аризоне; навахо — единственные индейцы в Северной Америке, у которых преобладает многоженство, и единственные, численность которых увеличивается.

В той же работе Питт-Риверс утверждает, что при многоженстве обычно рождается больше девочек, чем мальчиков, т.е. соотношение полов изменяется в пользу девочек. Если это соответствует действительности, то многоженство, само по себе основанное на избытке женщин, делает соотношение полов еще более неблагоприятным. Ho имеющихся исследований недостаточно для того, чтобы ответить на вопрос о влиянии формы брака на число рождающихся мальчиков.

Старая работа Сондерсона не позволяет сделать таких выводов, потому что — не говоря о неточности таких цифр при отсутствии надежных переписей — число исследованных браков этих южноафриканских туземцев слишком мало. И работа Дюзинга не позволяет сделать выводов, которые соответствовали бы современным знаниям о наследственности: его данные нуждаются в проверке с точки зрения этих знаний. Позже Дюзинг попытался использовать данные, полученные коневодами: согласно им, чем чаще спариваются жеребцы, тем больше рождается самцов. Паркер доказывал то же самое на примере полигамных мышей. Ho эти данные, полученные животноводами, нельзя переносить на людей: можно возразить, что полигамия в данном случае играет не столь важную роль, как повышенная половая активность самца.

Общие работы по вопросу о причинах, от которых зависит соотношение полов новорожденных, перечисляет Холмс, более поздние — Ф. Мюллер, согласно которому одни авторы (Грюншпан, Оршанский, Рошаль) предполагают, что пол зависит от возраста отцов и матерей, другие (Фюрет, Зигель) — что от возраста яйца в момент оплодотворения, третьи (Бюркль, Фильбек, Фетшер, Рейбмайр, Паркер) — что от количества детей или даже (Гришпан, Оршанский, Топховен) — от последовательности родов одной женщины. Ряд ученых (Фетшер, Оршанский) предполагает, что число мальчиков зависит от предрасположенности к рождению детей того или иного пола.

Ho влияние формы брака на число мальчиков не подтверждается данными современного учения о наследственности. Альфред Кюн пишет в работе «Определение пола как явление наследственности»: «Необходимо еще строго доказать, что в результате такого же процесса разделения хромосом, как и менделевское расщепление признаков, происходит и разделение задатков, определяющих пол». Как правило, один вид производит одинаковое число сперматозоидов, определяющих мужской и женский пол. Ho кажется, как предполагают Ф. Лени и ф,Г. Хазе, сперматозоиды, определяющие мужской пол, поскольку в них отсутствует хромосома X, легче и поэтому быстрей достигают яйца. У людей на 100 женских зародышей приходится 125 мужских или больше. Соотношение полов при выкидышах указывает на преобладание мужских зародышей, которое с возрастом уменьшается до 106 мальчиков на 100 девочек. Повышенная смертность как мужских зародышей, так и мальчиков вызывается, по Ленцу, болезненными рецессивными задатками, связанными с полом, так как у них отсутствует хромосома X. Ho эта повышенная смертность мальчиков для возрастных категорий достигшей брачного возраста молодежи у всех народов устанавливает почти одинаковое соотношение мужчин и женщин (1:1), так что о пропорциях всегда следует судить с точки зрения взаимосвязей между формой брака, с одной стороны, и отбором, с другой.

Единственный лучше известный случай среди народов европейской культуры это многоженство Церкви Иисуса Христа Святых последних дней (мормонов). Эта христианская секта была основана Джозефом Смитом (1805-1844). В 1843 г. Смит получил «откровение»: многоженство богоугодно. Он сначала имел в виду только узкий круг благочестивых мужчин внутри своей секты. Он сам имел в итоге 25 жен. После убийства Смита Брайэм Янг основал мормонское государство в Юте со столицей в Солт-Лейк-Сити: в нем было официально введено многоженство. После Янга остались 17 вдов и 56 детей. С 1862 г. федеральное правительство США вело борьбу против мормонского многоженства, и в 1890 г. мормоны были вынуждены уступить: новые полигамные браки перестали заключаться. В 1906 г. было еще около 500 мормонских полигамных семей.

На примере мормонов и их достижений можно было бы изучать влияние многоженства на отбор в группе людей европейского типа, если бы время неограниченных полигамных браков было достаточным для того, чтобы выросло хотя бы еще одно поколение потомков мормонских полигамных браков и родило бы новых детей в таких же полигамных браках. О достижениях мормонов нельзя судить по рассказам духовных лиц других христианских исповеданий, одержимых стремлением обращать в свою веру, и по книге Г.А. Циммера фон Ульберсдорфа «Среди мормонов в Юте», 1908. Непредвзятый Эдуард Мейер, выдающийся историк, в книге «Происхождение и история мормонов», 1912, высоко оценивает их: они отличаются от населения соседних штатов тем, что у них нет разврата и пьянства, они не ругаются и не играют в азартные игры, не посещают кабаки и бордели; число наказаний в мормонском государстве невелико. Для мормонов характерны опрятность, вежливость и любовь к порядку, они дружелюбны, но замкнуты и несколько свысока смотрят на чужаков, которым неведом путь «спасения», так как они не исповедуют мормонскую веру. По словам Э. Мейера, их надо благодарить за создание «оазиса культуры в пустыне среди Скалистых гор», где ситуация лучше, чем на остальном западе США: красивые сады, плодовые деревья, тщательно возделанные поля, «Святые могут, с полным правом гордиться тем, чего они достигли».

Ho эти способности мормонов в гораздо меньшей степени объясняются отбором благодаря особой форме брака, а главным образом — влиянием наследственных способностей исходных групп мормонских мужчин и женщин, выходцев, в основном из стран Северо-Западной Европы, приверженцев секты, отличавшейся не только введенной позже полигамией, но и особыми постулатами веры, ее строгими заповедями и строгим канонам нравственности. Так что достижения мормонов — больше результат отбора вследствие особого вероучения, чем вследствие особой формы брака.

И в случае с мормонами выясняется, что появлению многоженства способствуют не половые влечения мужчин, а иные причины. Вряд ли можно предположить, чтобы какой-нибудь мужчина примкнул к мормонам, чтобы воспользоваться возможностью стать многоженцем, к чему его влечет инстинкт. Заповеди и моральные предписания мормонов слишком строги, чтобы много мужчин смирились с ними ради такой вожделенной цели, как многоженство. Пример с мормонским многоженством учит также, что женщины европейского происхождения, т.е. представительницы народов, наследственным инстинктом которых моногамия соответствовала в гораздо большей мере, чем многоженство, соглашались на это лишь под давлением веры, считавшей многоженство «святым делом». В непредвзятых рассказах о мормонах описывается психическое давление, которое испытывали на себе многие жены мормонов. Только необычайной силой религиозной связи можно объяснить своеобразие мормонской полигамии, а мормонские достижения объясняются, в основном, наследственными задатками группы людей, оказавшихся способными принять такую строгую веру. Иначе говоря, введение полигамии в группах европейского происхождения, но иного состава, сказалось бы совсем иначе. Сильная приверженность к религии в современной Европе встречается редко, отсюда и снижение рождаемости в католических странах и семьях, хотя католическая вера строго запрещает противозачаточные меры.

После великих европейских войн появилось много предложений разрешить многоженство или по крайней мере законные побочные браки женатых мужчин. Например, Жорж Анкетинь предложил узаконить во Франции связь мужчины с любовницей как со второй женой, чтобы восполнить потери вследствие мировой войны.

Моногамия

Моногамия мало влияет на отбор, если в народе почте все молодые люди могут жениться и выходить замуж. При таких возможностях для всех отбор ограничен выбором супружеской пары отдельными людьми и числом детей в отдельных семьях. Он зависит также от нравственных, общественных и экономических условий, которые определяют общее направление выбора супружеских пар и от того, будут ли иметь больше детей люди с наследственными способностями или без оных. При простом образе жизни, в докапиталистических формациях, при преобладании крестьянства, на Западе первые имели больше детей, чем вторые, к тому же до 70-х годов XIX века законодательство разных стран затрудняло браки для тех, кто, по всей вероятности, не мог содержать семью, пока не было введено государственное социальное обеспечение, а смертность грудных младенцев, особенно внебрачных, была тем больше, чем меньше была наследственная ценность их родителей. При преобладании крестьянства и умеренной плотности населения бедняки это, как правило, люди, наследственно неспособные или те, у кого много неполноценных наследственных задатков. При таких условиях успех не каждого человека в отдельности, но каждой семьи, в которой на протяжении более чем одного поколения регулярно действуют наследственные задатки выше средних и осторожно выбирают супружеские пары, обеспечен. Поднимающиеся по социальной лестнице отдельные люди и семьи, особенно в условиях крестьянской жизни, постепенно продвигаются в средние и высшие слои, в среднем, более многодетные. Таким образом, и при моногамии возможно умножение ценных и уменьшение или уничтожение неполноценных наследственных задатков.

Эти условия отбора в XIX веке в Центральной и Западной Европе все в большей мере изменялись, когда в итоге не только каждый совершеннолетний человек, независимо от того, был он способен на создание и содержание семьи или нет, получил право на ее создание, и не только государственное социальное обеспечение все больше побуждало наследственно неспособных людей создавать семьи и рожать много детей, но одновременно в высших слоях и, что еще хуже, в семьях, стремящихся возвыситься из низов и среднего класса стали ограничивать число детей. Именно эти семьи, которые должны были платить налоги, необходимые для государственной растущей оравы неполноценных, стали сознательно все больше ограничивать число детей. В итоге моногамия и капиталистическая система социальной защиты привели к упадку, и неудивительно, что исследователь наследственного здоровья Христиан фон Эренфельс внес предложение ввести полигамию для наследственно здоровых мужчин.

Моногамия лишь тогда влияет положительно, когда брак и создание семья не являются само собой разумеющимися правами каждого («правами человека») и если государство и народ различают «право жить» и «право давать жизнь», как выражался норвежский исследователь наследственного здоровья Мьёен, и если они помогают перспективным семьям, одновременно благоприятно влияя на выбор супружеских пар, становится многодетными семьями. Моногамия легко превращается в учреждение, которое препятствует строгому отбору и создает условия для перевеса наследственно неспособных семей по рождаемости. Вплоть до XIX века, когда еще существовали различные препятствия для вступления в брак и пока не было капиталистической системы социального обеспечения, особенно в больших городах Центральной и Западной Европы, обогащение и размножение людей с хорошей наследственностью были параллельными процессами, европейская моногамия усиливала нравственную глубину и стойкость предусмотрительность и добропорядочность, и, прежде всего, понимание значения правильного выбора супружеской пары не только у отдельных людей, но и у всего народа, благодаря многодетности людей с такими наследственными задатками число таких задатков увеличивалось. Благодаря такому отбору, такому выбору супружеских пар и такому количеству детей моногамия увеличивала в Европе и число задатков, укреплявших духовные связи между супругами, чувство семьи. Попеноу полагал, что в моногамных народах воспитывались и задатки «романтической» любви. Сначала фенотипическое усиление чувства семьи у отдельного человека проявляется при моногамии таким образом, что ребенок чувствует около себя двух родителей, которые в равной мере сердечно к нему относятся, тогда как при многоженстве такая родительская любовь проявляется реже. Такое усиление чувства семьи у подрастающего поколения может благоприятно повлиять при выборе супружеской пары.

В заключение следует сказать, что многоженство положительно влияет лишь тогда, когда наследственно способные мужчины имеют больше жен и от их браков рождается больше детей, а моногамия — лишь тогда, когда размножение и браки наследственно неспособных людей затруднены или запрещены и стимулируется брачное размножение наследственно ценных людей.

Процессы отбора у первобытных народов плохо известны не только из-за отсутствия переписей: противозачаточные меры, аборты, и убийство детей скрывают особенности демографических процессов.

Противозачаточные меры встречаются уже у таких первобытных племен, как австралийцы, в форме операции на мужских половых органах, после которой женщина не может забеременеть от этого мужчины. Аборты с помощью определенных трав тоже встречаются у племен, стоящих на низком уровне развития, что показали Лacп и Э. Кроули. У этих же племен встречаются убийство и подкидывание детей для предотвращения «перенаселенности», возможной даже на уровне охотников и собирателей при малой плотности населения, если нет дичи, плохо растут съедобные растения или при эпидемиях. Э. Гроссе отметил, что племена охотников часто бедствуют и боятся иметь много детей. При угрозе голода убивают больных и стариков, которые часто просят об этом или сами кончают с собой. Другие племена при угрозе голода убивают новорожденных, австралийцы обычно делают это ударом по голове. Убийство новорожденных практикуют также центральноафриканские племена и бушмены, огнеземельцы, жители Фиджи и всех островов Тихого океана. О подкидывании детей при голоде напоминает сказка о Гензель и Гретель: в ней детей посылают в лес, потому что родителям нечего больше есть. В Индии и Китае в бедных слоях населения распространено убийство детей, особенно новорожденных девочек. Ho оно встречается и у племен, которым не угрожает голод. У некоторых племен оно в определенных случаях стало обычаем. На Таити раньше убивали две трети новорожденных. Одни племена убивают больше новорожденных мальчиков, друге — девочек. Убийство новорожденных девочек распространено у тода в Южной Индии и у эскимосов. Похоже, патриархальные племена более склонны к убийству новорожденных девочек, а матриархальные — мальчиков: согласно матриархальным воззрениями, продолжательницы семьи — дочь. У ряда племен дочери ценятся, потому что, когда их выдадут замуж, семья родителей получит калым.

Большинство племен скорее заботится о том, чтобы сохранить свою численность, чем о том, чтобы ее увеличить. Моисеева заповедь евреям: «Плодитесь и размножайтесь!» (есть и соответствующая арабская заповедь) — скорее исключение, чем правило. У племени оканде во французской Экваториальной Африке женщина может рожать лишь раз в три года, а в промежутках она не должна беременеть или должна делать аборты, чтобы племя не увеличивалось. Большая детская смертность — она даже в Европе в XVIII веке еще достигала почти 50% — наряду с потерями вследствие разных болезней приводят к тому, что первобытные народы сохраняют свою численность или лишь медленно ее увеличивают. Вероятно, противозачаточные меры, аборты, подбрасывание и убийство новорожденных реже встречаются у племен, стоящих на более низком уровне, чем у достигших более высокого, например, у мотыжных земледельцев, так как на низком уровне большая детская смертность уменьшает страх перед голодом. Ho племена, стоящие на низком уровне, также больше радуются новорожденным и больше любят детей. Ho очень любят детей также айну в Восточной Азии, галла и сомали в Северо-Восточной Африке, ваканда, вакиди, мангбету и многие другие западноафриканские племена.

Во всяком случае, «мальтузианские» обычаи, как показал еще Генрих Шурц, встречаются у многих первобытных народов. И однополая любовь, допускаемая обычаем или осуждаемая, во многих случаях могла быть следствием страха иметь слишком много детей — так полагали еще Г. Шурц и Ланг. Часто применяемым способом предотвращения новой беременности является продление времени кормления детей. Этот способ используют женщины многих первобытных народов, но также женщины из низших слоев культурных народов. Согласно Капр-Сондерсу, жены вымерших тасманийцев кормили своих детей грудью до третьего или четвертого года их жизни, австралийка часто кормят до пятого или шестого, эскимоски Гренландии — даже до десятого. У многих племен Африки женщины кормят детей до второго или третьего года и опять-таки с намерением избежать новой беременности.

Эти меры первобытных народов по регулированию их размножения затрудняют изучение взаимосвязи между формами брака, с одной стороны, и отборки, с другой, даже когда более надежные данные переписей населения дают какое-то представление о демографических процессах.

Подпишитесь на свежую email рассылку сайта!

Читайте также