Многоженство

Март 1, 2015 / Комментарии 0

Многоженство довольно широко распространено среди земледельцев, но чаще у таких племен, которые сочетают земледелие со скотоводством, еще чаще — у кочевников-скотоводов. У большинства пастушеских племен преобладает многоженство, например, у племен, говорящих на семитских и хамитских языках. У пастушеских племен, стоящих на более низком уровне развития, оно встречается менее часто, чем у высокоразвитых. Континент, где многоженство распространено наиболее широко, — Африка; здесь же у мужчин бывает больше всего жен. В Африке встречаются также разные названия степеней родства детей одного мужчины от разных жен. Вслед за Африкой следует назвать Австралию и части Меланезии. У австралийских и меланезийских племен более старые мужчины имеют право на более молодых женщин. В Австралии, где ярко выражена власть старейшин (геронтократия), старые, уважаемые мужчины добавляют к уже имеющимся женам более молодых, так что молодым мужчинам молодых женщин не хватает, и они часто бывают вынуждены жениться на вдовах или отвергнутых старых женах других мужчин…

Многоженство в форме преемственной полигамии встречается у многих матриархальных племен и у таких, по обычаям которых молодые мужчины сначала женятся на более старых женщинах, потом на ровесницах, а потом на более молодых, как у племени банаро на Новой Гвинее или у племен острова Науру, входящего в группу Маршалловых островов. Браки более старых мужчин с более молодыми женщинами и более молодых мужчин с более старыми женщинами индейцы тупи (гуарани) в Бразилии объясняют тем, что молодых людей лучше воспитывают более старые. Преемственная полигамия встречается и у матриархальных племен, у которых браки легко расторгаются. Оба эти явления характерны, например, для гренландских эскимосов. Часты разводы и повторные браки и у исламских народов Северной Африки, т.е. при патриархальных порядках. Здесь они объясняются тем, что жених знакомится с невестой только на свадьбе. По обычаям ислама мужчина может иметь одновременно до четырех жен, если он может уплатить калым за невест.

У всех племен, у которых преобладает многоженство, принципиально соответствующее их воззрениям, наряду с браками одного мужчины с двумя и более женщинами встречаются и моногамные браки. Многоженство, как правило, появляется у племен с более высокоразвитом хозяйством и сословным расслоением. Мужчины из высших слоев и более богатых семей, которые могут содержать большие семьи, причем иметь большую семью с несколькими женами и множеством детей считается почетным, имеют больше жен, тогда как мужчины из бедных слоев довольствуются одной женой, а больные и слабые мужчины остаются холостыми. По этим причинам в оном и том же племени могут сосуществовать моногамия и полигамия. Киргизы могут иметь до четырех жен, но большинство киргизов может заплатить калым лишь за одну невесту. В Турции до принятия закона о моногамии лишь около 10% мужчин имели много жен, а 90% только одну. Ганс Штаден, который в середине XVI века попал в плен к индейскому племени тупинамба в районе Рио-де-Жанейро, рассказывал, что большинство мужчин этого племени имеет одну жену, но многие — несколько, вожди — 13 или 14. Первая жена считается самой уважаемой. Бывает, что один мужчина дарит свою жену другому, если она ему надоела. Жены хорошо уживаются между собой.

У индейских племен области Кайяри (Северо-Западная Бразилия) Т. Кох. Грюнберг обнаружил многоженство как привилегию вождей, но и вождь мог взять вторую жену только с согласия первой. У этих племен жен всегда берут из другого племени, часто привозят издалека. У горного племени дана в Юго-Западной Африке, по данным Г. Феддера, число жен не ограничено, их может быть пять и больше, но в том же племени моногамия встречается чаще, чем многоженство. У племен тсонга в Трансваале, по данным Жюно, многоженство встречается наряду с моногамией, но в такой форме, что первая жена считается самой уважаемой. Многие мужчины живут в моногамном браке, но не потому что предпочитают его, а потому что при одинаковом числе мужчин и женщин многим мужчинам женщин не хватает. У яка, народа группы банту в Конго, моногамия тоже сосуществует с многоженством. Top-дей и Джойс сообщают, что у мужчин яка жен тем больше, чем они богаче, у бедняков одна жена или они остаются холостыми. У гету, хамитизированного племени банту в Уганде, большинство мужчин имеет двух жен, некоторые — одну.

Среди оленеводов-коряков В. Иохельсон подсчитал, что из 65 мужчин 6% имели двух жен, один — трех, все прочие — по одной, т.е. налицо сильное преобладание моногамии при допустимости полигамии в форме многоженства. У береговых коряков 13,6% мужчин имели по две жены, больше не было ни у одного, т.е. большинство жило в моногамном браке. В одном округе Южного Китая Кульп среди 182 семей насчитал лишь 14 полигамных; для большинства мужчин многоженство не по карману.

Среди племен, у которых преобладает многоженство, тоже может наблюдаться более или менее сильная тенденция к моногамии, например, в отличие от других арабоязычных групп, у бедуинов, а также у земледельческого и городского населения Палестины на грани нашей эры.

У индоевропейцев моногамия преобладала, похоже, и в доисторические времена, хотя у руководящих родов была и полигамия. Ho нельзя вслед за О. Шрадером, исходя из наличия отдельных полигамных браков среди этих народов, делать вывод, будто полигамия у индоевропейцев раньше была распространена шире или даже преобладала, а позднейшие полигамные браки лишь пережитки этого состояния. У греков и римлян строго соблюдалась моногамия. Наряду с законной женой мужчина мог иметь и наложницу, но это была внебрачная связь, дети от которой не имели права на наследство, они не считались «законными наследниками».

У германцев наряду с преобладанием моногамии в редких случаях встречалось и многоженство, особенно у знатных родов, вероятно ради престижа, усиления власти и чтобы породниться с сильными родами. Были ли эти редкие полигамные браки у отдельных германских племен наследием столько же редких полигамных браков у первобытных индоевропейцев или более поздним и чисто германским явлением, пока неясно. В средние века в Англии, Германии и Дании наряду с законным браком в редких случаях допускались и связи с наложницами, тоже в законной форме, хотя и не очень четкой. Дети от такой наложницы не немцев назывались «кеглями». Мужчина с «детьми и кеглями» это был мужчина, который имел не только рожденных от жены, но и внебрачных детей. Еще предстоит выяснить, то ли это наследие редкого многоженства древних германцев, то ли ветхозаветного многоженства, известного западным христианам по Библии, то ли так называемого «Friedelehe» германцев.

Герберт Мейер доказал, что у германцев было две законные формы вступления в брак, из которых выросли две разные формы брака, которые особенно сказывались на разном положении жены. У германцев, латинян и других индоевропейских народов был брак с «мунтом» или «манусом» или без них. Свободный брак без «мунта» Г. Мейер называет «Friedelehe», он соответствует индийскому браку «гандхарва». При этой форме брака женщина не вступала в семью и род своего мужа. При таком браке жена могла развестись с мужем, тогда как при браке с «мунтом» только мужчина имеет право требовать развода. Ho Женщина, вступающая во «Friedelehe» это не наложница, и ее дети не испытывают ущемления в правах. Эта женщина — хозяйка в доме. В такой брак у германцев вступали, прежде всего, девушки из знатных родов, которые хотели выйти замуж за мужчину из менее знатного рода, но при этом не попадать под власть мужа и не вступать в его род. Эти формы брака делали возможным брак княжеских дочерей с мужчинами менее знатных родов, а также дочерей свободных людей из низших сословий с мужчинами высших сословий. От этой германской формы брака, как доказал Рудольф Фиккер, происходила средневековая испанская «баррагания».

Дочери Карла Великого вступили в такие браки с мужчинами из низшей знати, т.е. они не были их наложницами, как писали позже церковники, называвшие такие браки «конкубинатом». Церковь боролась с такими германскими браками, но только при Людовике Благочестивом она смогла сделать общеобязательным христианский брак, близкий к формам брака с «мунтом». Церковь требовала, чтобы форма брака соответствовала Библии, чтобы муж был господином своей жены. Ей казалось, что брак с «мунтом» лучше подходит для такой цели. Кроме того, церковь боролась против Friedelehe, потому что эта форма брака облегчала развод, а церковь пыталась сделать браки нерушимыми, поэтому и приравнивала эту форму брака к конкубинату, отсюда и пошли ужасные рассказы о наложницах и сожительницах германской знати во времена Меровингов и Каролингов. Наконец, церковь добилась того, что Friedelehe был приравнен к конкубинату…

Сосуществованием двух форм брака у германцев и принижением одной из них ради возвышения другой и объясняется расцвет конкубината в Средние века. При этом речь не шла о незаконных связях, а о формах полу-брака, в который мужчина мог вступать наряду с церковным браком.

Воззрения на брак и семью, которые распространились вместе с христианством, основывались на обычаях и законах евреев в начале нашей эры. Тогда по крайней мере у сельского и городского населения Палестины преобладала моногамия, а у кочевых пастухов соседних стран, вероятно, полигамия, как в начальном периоде у всех семитоязычных племен, в том числе и евреев. Иисус, похоже, рассматривал моногамию как обычную форму брака, может быть, даже как лучшую. Во всяком случае, бросается в глаза, что он часто отбрасывает то, чему учили предков, и дает взамен новые заповеди: «Предкам было сказано… а я говорю вам», но не отвергал традиционное многоженство и не проповедовал моногамию. В Новом Завете нет ни слова осуждения многоженства древних евреев или соседних семитских племен, и даже современное государство Израиль вынуждено считаться как с моногамией, так и с многоженством его граждан. Многоженство было характерно для семито- и хамитоязычных племен и народов, а у большинства хамитских племен оно было связано с принижением женщины.

Христианские теологи сделали из слов Матфея (19; 5, 6) и Марка (10, 6-8) тот вывод, что Иисус, когда говорил о браке, имел в виду моногамию Специально он ее не требовал, но предполагал. Фр. Бюк-сель тоже придерживается этого мнения, исходя из того, что в богатой историческими свидетельствами литературе первых христиан нигде не упоминается христианин, который состоял бы в полигамном браке. Ho следует помнить, что христиане I века, в основном, принадлежали к низшим, бедным слоям народов Восточного Средиземноморья, которые и как представители этих народов, допускавших многоженство, вынуждены были довольствоваться одной женой. Многоженство и среди иудеев последних веков до нашей эры — первых веков нашей эры могли позволить себе только богатые мужчины. Самого Иисуса, вероятно, окружали только мужчины и женщины, состоявшие в моногамных браках. Бросается в глаза, что при новозаветном недоверии, даже отвращении к богатству, Иисус, перечисляя связанные с ним опасности ли пороки, ни разу не упоминает многоженство. Из многих его речей, в том числе из Евангелия от Марка (12, 25), можно сделать вывод, что брак для него был делом «мира сего», и по сравнению с потусторонними благами, ожиданием конца света и приближением Царства Божия имел очень мало значения для спасения души. Поскольку наступление Царства Божьего ожидалось в ближайшем времени, Иисус мог почти равнодушно относиться к формам брака. Если он в двух названных местах говори о том, что мужчина и женщина должны стать «как одна плоть», то делается это со ссылкой на изречение из Ветхого Завета (Бытие, 27), который в других местах сообщает о многоженстве угодных племенному богу праотцев. Нельзя предположить, чтобы слушатели могли воспринять эту цитату как проповедь моногамии. И свадебные обычаи народов, знающих многоженство, всегда рассматривают мужчину и женщину как «двоих», обычаев группового брака нет — об этом еще будет сказано позже. Толкование упомянутых слов Иисуса как проповедь моногамии неубедительно, эти слова не позволяют сделать того вывода, какой хотели бы сделать теологи.

Евреи запретили многоженство своим западных общинам — и только им — лишь около 1000 года, о чем пишет Иенсен.

Из посланий апостола Павла, особенно из первого послания Тимофею (3, 2 и 12, 5, 9) и из послания Титу (1, 6) также пытаются сделать вывод о новозаветном или христианском понимании брака в противовес ветхозаветному и еврейскому. В этих посланиях говорится, что епископ должен быть «мужем одной жены», равно как и его помощник, диакон. Вдовы, которые хотят занимать какие-то должности в общине, должны быть «женами одного мужа» и старше 60 лет. Эти места свидетельствуют, как подчеркивает Ф. Бюксель, большое уважение к мужчинам и женщинам, которые вступали в брак лишь один раз, т.е. овдовев, не заключали брака вторично. Уважение к таким людям было в эллинистическую эпоху всеобщим среди средиземноморских народов. Напрашивается вывод, что послания апостола направлено против новых браков овдовевших мужчин и женщин, которые хотят занимать в общине руководящие посты. Ho как запрет новых браков после развода эти места из посланий понимать нельзя (Ф. Бюксель). В одном месте (1 Тим, 5, 14) Павел высказывается за новые браки молодых вдов, чтобы они не обратились к Сатане. Ho занимать должности в общине, по Павлу, женщины, вступившие во второй брак, недостойны. Толкование этих мест из посланий в том смысле, что только епископам и диаконам заповедана моногамия, а прочим христианам апостол разрешает многоженство, на мой взгляд, несостоятельно. Речь идет только о запрете новых браков для овдовевших епископов и диаконов. Расширенное толкование, по Иенсену, невозможно, как и расширенное толкование приведенных слов Иисуса. Иенсену кажется ясным, что в Новом Завете под браком понимается только моногамия, мне же кажется, что Новый Завет не содержит однозначных высказываний о форме брака.

Только средневековая церковь требовала исключительно моногамии, вероятно под влиянием традиционных воззрений индоевропейских народов. Ho почитание Ветхого Завета все время вносило неуверенность, какая же форма брака богоугодна, ибо «святые праотцы» были многоженцами. В эпоху Реформации ни католики, ни протестанты не могли решить, исходя из писания, какая же форма брака заповедана. Католик Кастан считал многоженство дозволенным, Лютер — не запрещенным, Меланхтон — допустимым, хотя и не рекомендуемым, Цвингли и Эколампадий высказывались против многоженства. Лютер разрешил Филиппу Гессенскому многоженство по его запросу: он считал многоженство менее предосудительным, чем развод, руководствуясь примером праотцев. Анабаптисты были многоженцами, учены школы естественного права в XVII веке высказывались за многоженство. В XIX веке мормоны или «Святые последних дней», христианская секта в американском штате Юта, завела у себя многоженство, опираясь на Библию.

Причины многоженства могут быть разными. В целом можно сказать, что вряд ли где-либо и когда-либо оно было вызвано похотью мужчин. Это может быть индивидуальным случаем, но многоженство целого племени этим объяснить нельзя. Больше всего способствуют многоженству желание иметь много детей, ценность женской рабочей силы и погоня за престижем. Мужчина считался тем богаче, чем больше у него жен. С многоженством может быть связано и особое почтение к первой жене, как показывает Жюно на примере племени педн в Трансваале.

Бросается в глаза — особенно для наблюдателей из моногамных народов — что женская ревность внешне редко вступает в противоречие с многоженством и вызывает раздоры. Раздоры между женами одного мужчины реже вызываются сексуальными чувствами этих женщин, чем борьбой за положение и обращение с их детьми. О ревности одной австралийки, муж которой взял себе еще одну, более молодую жену, писал Г. Грей. Деметра Вака описывает жизнь турецких женщин из высших слоев около 1900 года: ревность у этих женщин совсем отсутствует или проявляется редко, она считается эгоистическим чувством, а высшая цель брака и жизни женщины это материнство. О частых семейных ссорах, вызванных ревностью женщин, пишет Жюно в своей книге о жизни и нравах племен тсонга в Трасваале. Ho он не указывает, чем вызвана ревность этих женщин. О горном племени дама в Юго-Западной Африке Г. Феддер сообщает, что женщины часто досаждают мужьям своей ревностью. В этом племени моногамия встречается чаще, чем многоженство. У полигамных индейских племен Бразилии Кох. Грюнберг наблюдал ревность и ссоры между женами, но из его рассказа тоже неясно, чем вызывается эта ревность.

Обычаи или заповеди очищения для женщин или воздержания для мужчин могут вызвать или усилить тенденцию к многоженству. К тому же народные верования многих групп продлевают сроки очищения или воздержания при менструациях, беременности и кормлении детей за естественные пределы. У полигамного племени яка группы банту в Конго мужчина должен избегать свою жену год, когда она беременна и кормит ребенка. Желание мужчины завести более молодую жену, когда первая состарится, тоже способствует многоженству. Из этого представления исходил Шопенгауэр, когда предлагал ввести многоженство, обосновывая свое предложение тем, что мужчина дольше сохраняет способность к зачатию.

Во многих племенах, где многоженство преобладает или допустимо, особенно если первая жена пользуется особым положением, она обычно побуждает мужа взять вторую или третью жену, чтобы иметь служанок.

Многоженство может стимулировать и значительный избыток женщин. Потеря мужчин на войне или в результате конфликтов или несчастных случаев, жертвами которых становятся преимущественно мужчины, могут изменить пропорциональное соотношение полов. Избыток женщин всегда сильно сказывается на состоянии группы, как показал Карл Бюхер на примере немецкого Средневековья и я в лекциях о выборе супружеских пар и семьи в послевоенные годы, с 1919 по 1929 год. Ho больше, чем эта причина, действует желание мужчин иметь много детей. Так появляется вторая жена, если первая бесплодна или состарилась и не может больше рожать детей. Чем больше жен, тем больше детей. Многочисленность семьи повышает престиж отца семейства. Многодетного мужчину больше уважают, и мужчины из более богатых семей могут позволить себе потратить больше денег на нескольких жен. Такие причины особенно действенны среди многих африканских племен: так, если мужчина имеет много жен и детей, значит, он смел, искусен и богат.

Многоженством ради повышения престижа и многоженством как признаком власти объясняется и многоженство как вид роскоши. Так, например, у Соломона согласно I книге Царств, 11, 30 было 700 жен и 300 наложниц, а сын Соломона Ровоам, согласно 11 книге Парали-поменон, И, 21 имел 18 жен и 60 наложниц.

Подпишитесь на свежую email рассылку сайта!

Читайте также